Главная » Материалы » ТЕРРИТОРИЯ МОЛОДЕЖИ » Как становятся лидерами бизнеса

Как становятся лидерами бизнеса

Родился он в 1990 году. Так что обо всех прелестях жутких девяностых знает лишь по рассказам родителей да по собственным детским отрывочным воспоминаниям.

Отец его, как и многие, с воодушевлением воспринял появление Закона о предпринимательской деятельности. Бизнес конца эпохи социализма – это, по большому счету, узаконенная спекуляция: купил подешевле, продал подороже. Кто-то торговал около магазинов или на рынке. Те, у кого было больше амбиций, запала, упорства и настойчивости, целеустремленности и независимости, веры в собственные силы и в успех начинания, открывали коммерческие киоски. Такой киосочек был в 15-м микрорайоне и у его отца.

Вот только не думайте, что это были легкие деньги. Бессонные ночи, бесконечные поиски товара, постоянный контроль за продавцами, стертые кнопочки калькулятора, первые познания в маркетинге (чаще всего через ошибки, через набивание шишек), совершенно убитые трассы, разгул бандитизма на дорогах и на местах, алчные чиновники, беззастенчиво вымогающие взятки за каждый чих, то и дело норовившие поживиться менты…

Может, и продолжалось бы это трудное восхождение по торговой стезе, если бы однажды не случилось непоправимое. Тогда под новый 1993 год отец закупил фуру продуктов. В киоске все это добро не разместишь, арендованных охраняемых складов еще не было и в помине, пришлось уже под вечер разгрузить фуру в гараже. Многие так делали.

А наутро оказалось, что одна из стен у гаража просто вынесена. Ну и пусто в гараже – всё забрали добрые люди. Уголовное дело? Да, возбудили. Только кто тогда расследовал дела о кражах? Как возбудили, так и закрыли…

Фура продуктов – деньги немалые, что-то было заработано, что-то накоплено, но все же большая часть – это кредит. В банках кредит тогда давали неохотно, так что в основном кредитовали те, у кого были деньги, – бандиты, такие же предприниматели, ну и работники атомного гиганта. Инфляция – бешеная. Проценты за кредит – дикие. Хорошо если удастся найти кредит за полпроцента от всей суммы в день. А так – процент в день вынь да положь, да плюс еще и штрафные санкции за просрочку.

Многие после такого лезли в петлю, другие – спивались, рушились семьи – жизнь летела вразнос. Если бы не помощь брата, если бы не стабильная работа на комбинате, если бы не стальной характер… Выдюжили. Но и жили… Скажем прямо, небогато жили, совсем небогато. Скорее – бедно.

А потом отец с братом увлеклись фотографией. Фотография тогда как бизнес начала раскручиваться повсеместно. Эпоха мгновенной фотографии заканчивалась, «Полароиды» были заброшены на антресоли, туда, где уже мирно покоились «Зениты», «ФЭДы» и «Киевы», толпы народа скупали мыльницы. Качество цветной печати было ошеломляющим.

Сбросились братья еще с одним партнером, купили машину. Но бизнес совместный не пошел, то ли партнер их облапошил, то ли еще что… Только решили братья заняться фотографией самостоятельно. Салонов было мало, фотоаппаратов много, каждый горожанин начал составлять семейную летопись, каждый почувствовал себя фотографом. Тем более что сидеть за фотоувеличителем под красным фонарем нужды уже не было, равно как и разводить строго по инструкции проявитель и закрепитель…

Все стало гораздо проще – смотал пленку в кассету и принес в салон. Многие тогда принимали на проявку и печать фотопленки, отвозили в Свердловск. А братья поднатужились и купили печатающую машину, единственную тогда в городе. И весь цикл фоторабот замкнули в своем салоне.

Ну что ж, пора, наверно, и представить нашего героя. Знакомьтесь, Антон Данилов. А фотосалон Даниловых в Южном известен, пожалуй, каждому горожанину еще с середины девяностых. К слову, братьев Даниловых, то есть отца нашего героя и его дядю, я помню с детства. В первых классах с нами в 41-й школе училась Лена Данилова, так вот к ней на переменках изредка прибегали два стриженых под полубокс и совершенно одинаковых младших братика. Но продолжим.

Бизнес наконец-то пошел, все поступления вкладываются в дальнейшую раскрутку фотосалона. Так что жили по-прежнему небогато. Антон вспоминает, как однажды под какой-то праздник родителям пришлось продавать даже стационарный телефон за какие-то сущие копейки, лишь бы купить продукты. Но, к слову, бедными, несчастными или обделенными Антон с сестренкой себя не ощущали, может, и не хватало чего в одежде, так это можно было пережить.

Лет с тринадцати Антон начинает помогать семейному предприятию. Пока остальные пацаны играли в футбол, он уже работал на приеме и выдаче заказов в фотосалоне. В положенное время Антон оканчивает школу и поступает в УПИ на факультет экономики и управления, специальность – мировая экономика, управление внешнеэкономической деятельностью предприятия.

И начинается студенческая жизнь. Колхозы (да, да, тогда еще были студенческие поездки в колхозы), и жизнь в общаге, и учеба, и работа в научном студенческом обществе. Уже несколько десятков лет существует такое международное студенческое движение SIFE – Students in Free Enterprise - «Студенты в свободном предпринимательстве». Студенты разрабатывают проекты различной направленности, связанные с рыночной экономикой, предпринимательством и финансовой грамотностью. Антон Данилов входит в научный совет факультета и становится президентом институтской команды. Вместе с ребятами представляет и защищает различные проекты и участвует в студенческих соревнованиях.

С большой теплотой он вспоминает своих научных руководителей, легендарных профессоров в области экономики Леонида Евгеньевича Стровского (ныне, к сожалению, уже покойного) и юриспруденции - Елену Дмитриевну Фролову. Знания, полученные в институте, Антон в полной мере позже использует в своей ежедневной работе.

К 2012 году руководство УЭХК принимает решение освобождаться от непрофильных активов. Среди работников комбината гуляет вовсю непонятное словечко – аутсорсинг. Что, вообще-то, означает передачу сторонней организации части производственных функций, которые не являются для заказчика, в нашем случае – для Уральского электрохимического комбината, профильными или ключевыми.

Одним из таких непрофильных подразделений комбината становится издательско-полиграфический цех, или иными словами типография на второй промплощадке. Здание типографии выставляется на продажу. Сама цена здания вроде и не высока, однако есть кое-что в нагрузку. Первое требование – это сохранение профиля работы. И второе – это сохранение рабочих мест и всей социалки. Даже несмотря на то, что, по мнению прежнего руководства, специалисты, работавшие в издательско-полиграфическом цехе не зарабатывали столько, сколько получали. А рабочих мест в подразделении – около шестидесяти.

На таких условиях далеко не каждый предприниматель решится поучаствовать в сделке. Даниловы, проанализировав все нюансы, решили попробовать. Так у руля нового предприятия оказались отец – Сергей Валентинович Данилов, не имеющий специального образования, но битый жизнью, закаленный схватками с конкурентами, жесткий и крепкий практик, и сын – Антон Сергеевич Данилов, начавший работать с тринадцати лет, получивший отличное образование, прекрасно разбирающийся в юриспруденции, маркетинге и экономике.

Не сразу, ох, не сразу наладилась работа предприятия. Что там началось, когда пошла вся эта чехарда с перепродажей! Тащили все, что не прикручено, дошло до того, что разобрали на запчасти погрузчик, какие-то детали, всякую мелочовку. Если бы было под силу, утащили бы и станки. Да и станки эти… Оборудование - устаревшее, максимально изношенное, выпуска конца сороковых-пятидесятых годов.

Можно сходить посмотреть в музей, смеется Антон. Музей – это второй этаж, вынести станки без применения спецтехники, без того, чтобы разобрать стену, не получится. Вот и стоят они. Вообще-то станки до сих пор функциональны, есть и уникальные машины. Но они уже практически не используются. Технология производства осталась во многом прежней, но оборудование уже современное приобрели.

А вот с заказами становилось все хуже и хуже. Если раньше предполагалось, что Даниловы будут выполнять все потребности комбината по полиграфии, то есть печатать папки, журналы, бланки, отчеты, ведомости и прочее, то с реструктуризацией комбината этот объем стал стремительно сокращаться. Каждое отсоединившееся подразделение сначала заказывало ту или иную позицию отдельно, а позже выставляло заявки на тендер. Естественно, что конкуренты начали демпинговать.

Вот, к примеру, года два назад выставляется заявка на производство папок. Цена контракта – около 10 миллионов целковых. Вместе с остальными производителями заявляется некая воронежская фирма. Оборот - 100 миллионов, два человека в штате. Демпингуют, роняют цену контракта сразу же на 70%. Заключают с ними договор, привозят фуру с папками. Бабушка в очках за приемку расписывается не глядя. Фуру разгружают на складе. Потом смотрят - а папки-то из дерьма сделаны, их только в утиль. А документы уже все подписаны, и деньги перечислены.

Если в самом начале потребности комбината в типографии Даниловых составляли 100%, то через два года объемы снизились до 5%. Привыкли работать с большими объемами, с постоянным заказчиком. На рынке до этого не работали. Предприятие начало сваливаться почти в предбанкротное состояние. А выживать как-то надо, узких специалистов требуется сберечь, их просто так на улице не найдешь, каждого надо обучить, подготовить.

Пришлось вспоминать студенческие лекции по экономике. Первый шаг к выздоровлению предприятия – это создание тендерного отдела. Взяли трех человек, разбили пошагово операцию по закупкам, разработали определенную математическую модель участия в тендере. Попробовали применить теоретические расчеты на практике, заявились на участие в тендере, стали действовать по рассчитанному алгоритму. Получилось. Выиграли тендер.

Затем второй, третий. Потом взяли сложнейший тендер РЖД с массой подводных камней. Необходимо было поставить готовую продукцию в виде инструкций, схем ко всему подвижному составу. Права на эту техническую документацию принадлежат третьим лицам. Для того чтобы участвовать в тендере, необходимо было купить у авторов право на печатание. Требование - законное. Разработчик вложил в продукт свой интеллект, опыт, навыки и имеет полное право на денежную компенсацию. Так вот у Даниловых разрешения на печать интеллектуальной собственности не было. Пришлось это право купить.

Действуя по разработанной схеме, удается выиграть суперсложный тендер от компании «Гражданские самолеты Сухого». Требования к исполнителю – высочайшие. Конкуренты-соискатели взглянули на типографию Даниловых с высоты собственного величия, посмеялись и сказали: ребята, идите печатайте свои визитки, здесь посерьезней игры будут, не для вас. Выиграли.

Полиграфическая продукция для компании «Гражданские самолеты Сухого» - это вся техническая документация на лайнеры, в том числе и для наземных служб, книжки бортпроводников, экипажа, папки кожаные с семью D-образными кольцами.

 А условия контракта – жесточайшие. Сроки – ограничены буквально часами. Если не укладываешься, то всё, тебе – кирдык. Вносят тебя в черный список, попадаешь на штрафные санкции – 30 миллионов – все это прописано в контракте, «Сухой» выставляет такие требования.

Что такое D-образные кольца? А это такая форма, эдакий летный шик. И в папочке их должно быть ровно семь. И папочка должна быть обшита кожей. А в России такие кольца нигде не производят. Только в Германии. И заказы расписаны на месяцы вперед.

А может, еще где? Пришлось Антону Сергеевичу садиться за переписку с брокерами, с Германией и с Китаем. И нашлись-таки аналоги этих самых колец – в Китае! Заказать в Германии – три месяца, в Китае – две недели. Объем – не менее десяти тысяч колец. Две недели – это с учетом доставки. Пришлось подключать давних партнеров – «Уральские авиалинии».

Папочки готовы, кожей обшиты (пришлось докупать новое оборудование, обучать работе новых специалистов), все необходимые логотипы и надписи выдавлены, осталось только вставить кольца.

Есть! Самолет «Уральских авиалиний» производит посадку. Тут же кольца доставляются в Новоуральск, в типографию. Кольца вставлены - и уже готовый заказ вновь отправляется в Кольцово. В Москве прямо к самолету подаются машины транспортной компании-партнера. Всё. Груз на месте. Логистика просчитана буквально по минутам. Логистикой тоже Антон занимался.

А через шесть месяцев «Гражданские самолеты Сухого» снова выкладывают заявку на тендер. На Даниловых смотрят уже как на серьезных конкурентов. И к новому тендеру соперники готовятся гораздо основательней. Но вновь типография Даниловых одерживает верх. И вновь выполняет заказ без малейших рекламаций.

Сейчас Даниловы, как и когда-то в фотосалоне, замкнули на своем предприятии полный цикл производства полиграфической продукции. Типография оборудована по последнему слову техники, позволяющей увеличить производительность в сотни раз – печать офсетная, плоттерная, цифровая, резаки, в том числе и лазерные, позволяющие с легкостью резать даже толстенное оргстекло. Широко представлено и послепечатное оборудование: ламинационные и переплетные машины, фальцовочные, прессы для тиснения, брошюраторы.

Нет, газеты они не печатают, у них листовая полиграфия. Но сделать они могут все – от разработки макета и верстки до … Впрочем, заказ может быть самым замысловатым, самым причудливым. Типография Даниловых справится с любым.

Дмитрий НИКАНОРОВ

 

Комментарии:

Написать комментарий

Написать комментарий

  • Обязательные для заполнения поля помечены знаком *.

Если у Вас возникли проблемы с чтением кода, нажмите на картинку с кодом для нового кода.
 

Опрос

Знаете ли вы своего депутата?
Да, знаю.
Знаком лично.
Не знаю.
Не голосовал.