Главная » Материалы » ИСТОРИЯ » Строители поневоле

Строители поневоле

В 2019 году исполняется 70 лет Уральскому электрохимическому комбинату и 65 лет Новоуральску. В эти дни чествуются ветераны строительства, работники комбината, военные, и это справедливо, ведь это их трудом выросли на берегу Верх-Нейвинского пруда в Уральской тайге красавец город и мощное предприятие. Однако необходимо помянуть добрым словом и тех, кто строил все это не по своей воле, - заключенных, или "тюремщиков", как называли их в пос. Верх-Нейвинск

Впервые строители из категории заключенных появились на территории города в 1938 году – 33 расконвоированных из УралЛага, который входил в систему ГУЛАГ НКВД СССР, прибыли на строительство санатория УЗТМ на берегу Верх-Нейвинского пруда в сопровождении 3 сотрудников ВОХР. Пробыли они тут около месяца – выполнили особо тяжелые работы и отбыли в Свердловск.

В 1941 году на завод Б поселка Верх-Нейвинск требовались рабочие - эвакуированных и собственных людских резервов не хватало, тогда прибыли 300 несовершеннолетних заключенных из ИТК-11 г. Кировграда. Приказом директора завода № 61 от 12 ноября 1941 года местом содержания отдельного лагерного пункта № 17/8 стало здание ДК «Металлург» (бывший Никольский храм пос. Верх-Нейвинск), территория была огорожена забором, поставлено 6 охранных вышек.

Охрану спецконтингента несла отдельная команда ВОХР НКВД СССР. Военизированная охрана дислоцировалась в том же здании, что и заключенные. С 1943 года около 70 заключенных работало на заводе № 261 НКАП СССР в районе первой площадки, в основном на разборке разбитых самолетов. После смены "малолеток", так называли несовершеннолетних заключенных, обязательно обыскивали, так как в самолетах подчас оставались пистолеты и боекомплекты. Обыскивали тщательно, раздевая донага в любую погоду (к сожалению, и время было суровое, да и обнаруживали запрещенное довольно часто).

ОЛП № 17/8 просуществовал до 1945 года, когда практически все несовершеннолетние были освобождены в связи с амнистией в честь Великой Победы. Большая их часть осталась работать на заводе Б.

В августе 1945 года на ст. Мурзинка прибыли 450 пленных румын для отбытия наказания и работы на строительстве завода № 261. Состав с румынами загнали в тупик, обнесли колючей проволокой, но… примерно через месяц отправили в Тюменскую область в связи с отсутствием возможности размещения.

В конце 1945 года Советом Народных Комиссаров СССР был рассмотрен вопрос о создании ядерного оружия. Были выбраны места строительства заводов по созданию нового производства. Одним из таких объектов стал завод № 261 в пос. Верх-Нейвинск.  Наркомат Обороны СССР направил на строительство несколько военно-строительных частей, но и их личного состава было недостаточно.  Курировавший проект зам. председателя Совнаркома СССР Л.П. Берия предложил создать систему лагерей в ГУЛАГ НКВД СССР для обеспечения особых объектов рабочей силой с особым порядком содержания.

Особый порядок содержания заключался в следующем: один день срока в особом ИТЛ засчитывался за два дня, при выполнении нормы – за три дня, а за особо ударный труд по рекомендации политотдела строительства – за четыре дня; нормы довольствия заключенных соответствовали нормам довольствия военнослужащих Советской Армии с обязательным доппайком при перевыполнении норм выработки. Дополнительный паек означал потребление сверх нормы: крупы от 23 до 45 граммов, мяса или рыбы от 23 до 45 граммов, сахара от 6 до 11 граммов на человека в день.

Кроме того, предусматривалось условно-досрочное освобождение по рекомендации политотделов с обязательным проживанием на территории строительства в течение 10 лет. Контингент - лица из числа военнослужащих РККА, осужденных за общеуголовные преступления на срок до 25 лет. Дело в том, что начиная с 1945 года в связи с сокращением армии произошел всплеск преступности, особенно среди офицерского состава. Как правило, оступившимися были молодые ребята, шагнувшие на фронт со школьной скамьи, не имевшие гражданской профессии, брошенные в горнило войны. Цена человеческой жизни для них практически ничего не стоила, да к тому же еще они имели табельное оружие и умели с ним обращаться. После отбытия наказания и условно-досрочного освобождения их обязательно восстанавливали в звании и возвращали боевые награды.

Среди контингента заключенных были осужденные к срокам до 10 лет за общеуголовные преступления, так называемые «бытовики», а также осужденные за политические преступления на срок до 10 лет. Политические шли в основном по двум статьям: по ст. 58-10 УК РСФСР – антисоветская пропаганда (за длинный язык) и 58-4 УК РСФСР – измена Родине (полицаи и власовцы).

Исправительно-трудовой лагерь № 100 (ИТЛ 100) для строительства особого объекта № 813 на территории пос. Верх-Нейвинск с количеством заключенных до 10 тысяч человек начал формироваться 14 июня 1946 года. Начальником был назначен генерал-майор НКВД И.П. Бойков.

Штатное расписание ИТЛ 100: административно-хозяйственный аппарат – 810 офицеров и 147 старшинско-сержантского состава; ВОХР – 1000 человек, из них 145 офицерского состава; конвойного батальона – 280 человек, из них 54 офицера. Кроме того, начальнику строительства были переданы части военно-строительные в количестве 9800 человек, из них офицерского состава - 1097.

Уже в июле 1946 года на территорию строительства стали прибывать сотрудники нового лагеря, они размещались в жилых домах пос. Верх-Нейвинск, в рабочих поселках существовавшего завода, в ряде корпусов предприятия вместе с военными строителями.

К ноябрю 1946 года была поставлена задача оборудовать места для прибытия спецконтингента. Однако работа продвигалась очень медленно, не хватало рабочих рук. Во втором полугодии 1946 года были организованы ОЛП ИТЛ 100: ОЛП 1 - начальник Д.А. Низола, начальник культурно-воспитательной части - П.К. Баханов, учетно-распределительной - А.П. Крастин, коммунально-бытового отдела - М.Ф. Стрюкова; ОЛП 2 - начальник Брудник; ОЛП 3 - начальник И.Н. Патрушев; ОЛП 4 - начальник С.И. Клюев; ОЛП 5 - начальник старший лейтенант Близнецов.

Осенью 1946 года на строительство в ОЛП 1 прибыла первая партия расконвоированных - примерно 500 человек, которых разместили в промышленном корпусе № 6 вместе с военными строителями. По распоряжению ГУЛАГ НКВД СССР № 35400 от 16 октября 1946 года прибыли спецпереселенцы – немцы Поволжья в количестве 750 человек, их разместили в бараке на станции Верх-Нейвинск и по квартирам верхнейвинцев.

С 1947 г. по 1949 год со строительства уволились 357 спецпереселенцев и выехали в другие районы. Все спецпереселенцы 14 марта 1949 года были переданы на учет из органов милиции в первый отдел ИТЛ 100. В ноябре 1949 года выходит приказ МВД СССР, запрещающий увольнять спецпереселенцев, однако тот же приказ увеличил их ежегодный отпуск до 14 дней (страна отдыхала 12) и упростил систему выезда за пределы определенного им поселения в отпуске.

Среди спецпереселенцев был главный врач строительства (не путать с начальником медико-санитарной части) Р.Х. Штейнерт.

Приказом начальника ИТЛ 100 № 226 от 18 июня 1947 года был создан штрафной ОЛП на карьере Иван-гора, в двух километрах от пос. Верх-Нейвинск, где содержалось до 200 заключенных, совершивших преступления в лагере, а также заподозренные в совершении тяжких преступлений полицаи и власовцы. Еще одна категория заключенных, так называемые "отрицалы", – те, кто не желал работать (такие зашивали себе рты нитками, прибивали мошонку к табуретам, отрубали пальцы и т.п.). Начальником ОЛП был назначен лейтенант В.А. Мамалыга.

Весной-летом 1947 года в ИТЛ 100 стали прибывать осужденные. К 29 октября 1947 года в ОЛП ИТЛ 100 привезли 9200 человек (это максимальное количество осужденных, одномоментно находившихся на территории лагеря), в дальнейшем количество их уменьшалось за счет перевода в другие лагеря - примерно 1250 человек, освобождения, в том числе и по УДО – примерно 5400 человек, смерти – 543 человека. Были и другие причины, но они не имели той массовости.

Среднее количество заключенных было примерно 7400 человек. Этапы с новым спецконтингентом приходили примерно раз в три месяца. По составу ИТЛ 100: военнослужащие, осужденные на различные сроки – 4321 (около 3200 освобождены); «бытовики» - 4163 (освобождены – около 2100); политические – 136, из них 13 – «длинные языки», 123 – бескровные полицаи и власовцы (освобождены около 60). Конвоированных было около 6000, расконвоированных (свободно передвигающихся в пределах строительства), соответственно, 3200. Женщин – около 3000 (освобождены - 2800). Этапы с прибывающими заключенными сопровождали караулы. Начальником этапа неоднократно был Герой Советского Союза М.В. Красавин (на фото – в центре). По некоторым данным, он даже жил на территории строительства.

Для осужденных была сформирована санчасть примерно 120 человек, среди медиков были вольнонаемные, спецпереселенцы и заключенные. В медико-санитарной части ИТЛ 100 (начальник Е.Г. Бруссон) предпочитали получать медпомощь сотрудники лагеря и офицеры воинских частей.

Досуг заключенных: раз в две недели - кино, раз в два месяца - концерт или театральная постановка приезжих артистов; спектакли и концерты художественной самодеятельности - по мере подготовки, но не реже одного раза в месяц.

За все время существования лагеря умерло – 543 человека. Основные причины смерти: болезни (тиф, туберкулез, пневмония), несчастные случаи - 19 за 5 лет,  убийства другими заключенными за 5 лет – 63, убийства заключенных охраной и сотрудниками администрации – 49. Таким образом, легенды о сотнях, захороненных во рвах, остаются легендами.

Правила захоронения заключенных – 2 человека единовременно в индивидуальных могилах, завернутые в мешковину с обязательным пересыпанием известью; три и более единовременно - в братских могилах, но не более 10 в одной – слоями. Глубина могил - утвержденная, но в исключительных случаях не менее 50 см грунта над телами.

Начальники ОЛП несли персональную ответственность за состояние смертности во вверенных им подразделениях, по каждому случаю смерти извещался прокурор и проводилась проверка. Данное направление работы курировал Герой Советского Союза В.П. Кузнецов. По итогам 1951 года ИТЛ 100 был отмечен Приказом МВД СССР за самый низкий показатель смертности спецконтингента.

В 1946 году исполком пос. Верх-Нейвинск отвел три площадки под кладбища на строительстве, где хоронили жителей рабочих поселков, солдат военно-строительных частей и заключенных. Это было связано с дефицитом площадей кладбища в поселке, где хоронили только офицеров, членов партии и лиц по ходатайству политотдела строительства.

Заключенными в городе построены корпуса комбината, жилые дома, театр, другие объекты. Производительность труда заключенных мужчин была высокой, так как от этого зависело их освобождение. Производительность труда женщин была невысокой – на уровне 78%, женщин не могли обеспечить работой, ее попросту не было! В 1951 – 1953 гг. 102 кормящие женщины вообще не работали, так как администрация не могла предоставить им легкий труд.

По понятиям ИТЛ 100 был «красным». С администрацией сотрудничало 89% спецконтингента, в активе был 61% отбывающих наказание. Спецсообщения поступали в оперчасть и политотдел регулярно. Благодаря спецсообщениям в 1951 году был предотвращен массовый побег заключенных из штрафного ОЛПа на Иван-горе в пос. Верх-Нейвинск.

Летом 1948 года 36 зэков, вооружившись арматурой и шанцевым инструментом, отказались выйти на работу «на котлован», требуя технику, так как вручную не могут выполнять норму. К бастующим вышел сам И.П. Бойков. Инцидент был исчерпан – зам начальника ОЛП, отвечающий за нормы выработки, привлечен к дисциплинарной ответственности, заключенные признаны невиновными.

В сентябре 1950 года в отдельном ОЛП на территории современных садов УАМЗ-1 восстали заключенные. В ночное время они блокировали охрану в казарме: 12 солдат, 1 офицера, сожгли их заживо, а затем разбежались. Чудом удалось спастись сержанту Чуеву, который и сообщил о происшествии. Было принято решение – ввиду особой опасности сбежавших, оказывающих сопротивление, живыми не брать. На станцию Мурзинка подогнали вагон-ледник, куда складировали трупы.

Жертвами заключенных во время бунта стали капитан Н.В. Черенчев, сержант А.П. Кокоша, оперативник В. Самбуров. Расконвоированные заключенные в пос. Верх-Нейвинск убили лейтенанта милиции Д.В. Ситникова. Однако дисциплина в целом в ИТЛ 100 была на высоком уровне.

Приказом МВД СССР, Минюста СССР и Генеральной прокуратуры СССР № 08/012/85 от 28 марта 1953 года ИТЛ 100 был ликвидирован, оставшиеся 2342 заключенных с 14 мая 1953 года были вывезены в ИвдельЛаг.

По воспоминаниям жителей пос. Верх-Нейвинский, дети в летнее время тайком от родителей ходили менять ягоды и грибы к заключенным на сахар и конфеты. А рабочие завода ворчали: «Мы пашем от зарплаты до зарплаты, а они сидят и, освобождаясь, покупают велосипеды и патефоны».

В ИТЛ 100 содержались три видных коллаборациониста, сотрудничавших с гитлеровцами: наказной атаман Кубанского казачьего войска войсковой старшина И.И. Саломаха (в прошлом полковник РККА) и власовцы. Один, впоследствии почетный строитель, жил в Новоуральске, другой – видный театральный актер в московском театре.

И это тоже - строители города...

Олег ЛОБАНОВ, член Общественной палаты ГО Верх-Нейвинский, краевед

Опрос

Знаете ли вы своего депутата?
Да, знаю.
Знаком лично.
Не знаю.
Не голосовал.