Главная » Материалы » АКТУАЛЬНО » Законно, конфиденциально и быстро

Законно, конфиденциально и быстро

поможет разрешить гражданский спор Уральский межтерриториальный третейский суд. Он организован в ноябре прошлого года некоммерческим партнерством «Новоуральский центр содействия третейскому разбирательству».

Что это за суд, кто и по каким вопросам может в него обращаться, существуют ли тонкости судопроизводства… Вопросов немало. На них отвечает председатель третейского суда Дмитрий Шестаков.

- Третейские суды – это не какое-то новшество. Они существовали еще в Древней Руси.  Административная и экономическая раздробленность, частые междоусобицы способствовали их активному развитию. В них за урегулированием правовых споров обращались простые граждане, представители церкви, князья. В XIV веке начали создаваться государственные суды, которые вынуждены были искать поддержку у третейских судов.

Со временем роль государственных судов в защите нарушенных или оспоренных прав возросла, но и  в середине XIX столетия к помощи третейских судов обращались. Доказательства находим в исторических документах. В 1802 году купеческий сын Иван Щербин обращался к императору с вопросом: правомерно ли третейский суд осудил его к уголовному наказанию.

- Государственный и третейский суды существовали, получается, параллельно?

- Да, эта форма всегда существовала, и в советское время, и сейчас – при крупных торгово-промышленных палатах.

- Сегодня какая необходимость создавать новые третейские суды в городах, подобных нашему?

- Государственные суды, да и мировые, завалены делами, не успевают иногда в сроки их рассматривать. Даже вынуждены были специальный закон издать о возмещении вреда от затягивания  судебного разбирательства. Кроме того, сегодня созданы условия для свободной деятельности, и предприимчивые люди стали организовывать суды.

- Страшно за новое дело браться?

- Ничего страшного – все знакомо. Моя юридическая практика – свыше 30 лет: работал в прокуратуре, в УРСе занимался хозяйственным правом,  затем - адвокатской деятельностью длительное время. Так что опыт есть, решил расширить сферу своей юридической практики.

- Дмитрий Афонасьевич, кто организовал суд, и на каких документах строится его работа?

- Уральский межтерриториальный третейский суд – так он полностью называется – организован некоммерческим партнерством «Новоуральский центр содействия третейскому разбирательству».  Наша работа строится на требованиях Закона № 102 от 24.01.2002 г. «О третейских судах». Согласно этим требованиям разработаны все основополагающие документы нашего суда: Устав, Регламент, Положение.

- Из этого закона вытекают и принципы работы?

- Да, об этом говорится в ст. 18 закона № 102. Третейское разбирательство обязательно должно осуществляться в соответствии с принципами законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности судей, диспозитивности (у сторон есть право выбора), состязательности и равноправия сторон.

- Сфера деятельности третейского суда ограничена?

- Мы можем рассматривать гражданские дела, подведомственные арбитражному суду и суду общей юрисдикции, то есть хозяйственные споры между предприятиями и организациями.  Кстати, сейчас идет дискуссия о том, может ли третейский суд рассматривать мелкие уголовные дела, например соседские разборки. Вполне возможно, что и  передадут, чтобы разгрузить федеральные и мировые суды.

- Можно поподробней, какие именно категории гражданских дел?

- Уральский межтерриториальный  третейский суд рассматривает дела, вытекающие из договоров: купли-продажи, дарения, аренды помещений, инвестирования в долевое строительство, перевозки, оказания услуг, оценки недвижимости, лизинга, определения границ земельных участков, займа и кредита, поручения, залога, неустойки и иных видов договоров. То есть мы рассматриваем дела, вытекающие из частного права, в том числе и системные дела: споры граждан с управляющими компаниями, с  организациями микрофинансирования, споры по займам и т.д. Можем рассматривать также индивидуальные трудовые споры.

- Но трудовые споры – предмет рассмотрения  комиссиями профсоюзных комитетов…

- Да, подобные споры рассматриваются профсоюзом. Но Трудовой кодекс  РФ (ст. 352) не запрещает подобный порядок трудовых споров. А ст.404 Кодекса предусматривает третейский способ разрешения коллективных споров. В нашей компетенции рассмотреть подобный спор и вынести по нему решение в случае заключения сторонами спора письменного соглашения об этом. Для разрешения индивидуальных трудовых споров в третейском суде работодателям по согласованию с работниками в тексты трудовых, коллективных договоров, дополнительных соглашений необходимо включать соответствующие оговорки о применении такого способа разрешения разногласий.

- Вы сказали, что в третейском суде у сторон есть право выбора, о чем идет речь, о каком выборе?

- Большинство норм закона, на который мы уже неоднократно ссылались, имеет  диспозитивный характер и позволяет сторонам самостоятельно моделировать процесс разрешения споров. Это обусловлено особой ролью – разрешать споры  договорным способом. Что это значит.

Это значит, что в третейском суде стороны имеют право и предусмотреть свои правила разрешения спора (но в соответствии с Регламентом суда за исключением отдельных норм закона), выбрать судью – того, в чьих нравственных и профессиональных качествах спорящие уверены. Есть возможность заключить мировое соглашение, а также предусмотреть, что  решение суда является окончательным и обжалованию не подлежит. Если стороны решили обратиться в наш суд, они составляют третейское соглашение. Стороны также определяют место и время проведения заседания.

- А если они затрудняются с выбором судьи?

- Если они в течение пяти дней не сделали выбор, судью назначает председатель суда.

- Один из принципов работы суда – конфиденциальность. Только ли в этом отличие третейского от государственного и мирового суда?

- Рассмотрение споров происходит конфиденциально – суд закрыт для третьих лиц. Кроме того, не публикуются решения с указанием сторон и сумм исковых требований. Судья и все работники  третейского суда обязаны сохранять в тайне информацию, полученную в ходе разрешения спора. Решение третейского суда  не может быть пересмотрено по существу, только в связи с процессуальными  нарушениями (неправильно написали третейское соглашение, не уведомили сторону о времени заседания). Главное отличие – оперативность. Если в государственных судах дела могут рассматриваться по нескольку месяцев (и там судья назначается), мы в своих документах предусмотрели сроки разрешения споров от двух дней до одного месяца. Отличие еще и в том, что сама процедура судопроизводства в третейских судах проще, без особых ритуалов, более демократична.

- Решение третейского суда имеет такую же силу,  как и решение  федерального или мирового?

- Да, имеет такую же силу. Но стороны должны его выполнять добровольно, так как изначально подписали об этом соглашение.

- Как быть, если одна из сторон все же откажется выполнять решение суда?

- В этом случае лицо, в пользу которого вынесено решение, обращается в федеральный либо в арбитражный суд за выдачей исполнительного листа, который затем поступает в службу судебных приставов, -  включается принудительный механизм исполнения.

- Существует процедура оспаривания решения, если в соглашении не зафиксировано, что оно обжалованию не подлежит?

- Такая процедура регламентируется ст.ст.40-43 Закона «О третейских судах». Заявление подается в тот федеральный или арбитражный суд, на территории которого было принято оспариваемое решение.

-  Разъясните, как взаимосоотносятся три суда: федеральный, мировой и третейский.

- Третейский суд не входит в систему государственных судов. Суды общей юрисдикции и арбитражные суды не являются для нас вышестоящей инстанцией и не вправе вмешиваться в деятельность третейских судов. Они могут пересматривать решение третейского суда в апелляционном порядке, если это предусмотрено третейским соглашением сторон, проверяют решение третейского суда при выдаче исполнительного листа. С мировым судом мы никак не соотносимся, работаем параллельно,  у нас полномочия различные, мы не рассматриваем уголовные дела.

- Дмитрий Афонасьевич, и такой вопрос: из чего складывается зарплата третейского судьи и как они платят налоги – как предприниматели?

- Третейские судьи получают гонорары, которые являются частью третейского сбора. Третейский сбор – это та же самая госпошлина. Налоги платит юридическое лицо, организовавшее этот суд, – как я уже говорил, в нашем случае это некоммерческое партнерство «Новоуральский центр содействия третейскому разбирательству».

- Пока идет подготовительный этап к напряженной работе?

- Можно и так сказать. Чтобы работа была напряженной, надо доказать преимущество такого суда. Это дело времени. А пока идет набор объема работы – заключаем третейские соглашения. Проведем рекламно-информационную кампанию, чтобы о нашем существовании узнало как можно больше новоуральцев.

- Будем считать, что это интервью – начало информационной кампании. Успехов вам!

 

Председатель третейского суда Дмитрий Шестаков отвечал на вопросы Надежды Стахеевой 

 

Комментарии:

Написать комментарий

Написать комментарий

  • Обязательные для заполнения поля помечены знаком *.

Если у Вас возникли проблемы с чтением кода, нажмите на картинку с кодом для нового кода.
 
Коллекторское агентство ЮСИ
Комментарий
16.06.2014, 20:44:55
Минюст предлагает запретить компаниям создавать карманные третейские суды

Читайте далее:

http://www.vedomosti.ru/finance/news/20362341/svoi-ne-osudyat#ixzz34oUy3QS2
Юрист Морозов Михаил Эдуардович
Комментарий
16.06.2014, 20:59:16
Злоупотребление правом на третейский суд

Бурное развитие третейских судов вызывает вопрос о причинах такой популярности к этому правовому институту. Откуда третейский суд черпает свои полномочия? Как представляется, есть два источника: закон и воля сторон.

При этом воля сторон является определяющей для третейского суда, поскольку закон носит характер общего дозволения на разрешение споров третейским судом. Воля сторон придает этому дозволению конкретное содержание.

Само право на третейский суд корреспондирует с правом человека защищать свои права всеми способами, не запрещенными законом (п. 2 ст. 45 Конституции РФ). Но, как часто бывает в нашей жизни, вместе с культурными растениями появляются и сорняки.

Здесь подразумеваются случаи, когда третейский суд становится лишь ширмой для злоупотреблений. Это вполне можно охарактеризовать как злоупотребление правом на третейское разбирательство.

Автор на практике не раз сталкивался с различными формами таких злоупотреблений. Многое из указанного ниже по своей природе третейским судом не является и быть не может, но по форме и названию преподносится именно в таком качестве.

Итак, наиболее частыми злоупотреблениями в сфере третейского разбирательства, являются:
отсутствие компетенции третейского суда;
суд одной стороны («карманный третейский суд»);
отношения заказа («ангажированный третейский суд»);
«скрытный» ad hoc;
«третейский суд-невидимка»;
мнимое разбирательство;
мимикрия под госорганы (использование в наименовании третейского суда выражений, обычно относящихся к органам государства);
«криминальный третейский суд».
Конечно, это весьма условные названия, но существующие явления нигде не обозначаются. Остановимся подробнее на том, что стоит за каждым из них.

Под отсутствием компетенции третейского суда или третейского соглашения понимаются случаи, когда у третейского суда вообще нет компетенции на рассмотрение данного спора в силу закона или отсутствия третейского соглашения, но, тем не менее, «третейское разбирательство» происходит. Казалось бы, такое разбирательство не имеет смысла, но в реальности оказывается, что правовая неграмотность позволяет одной из сторон опираться на судебный акт, который для не юристов оказывается вполне значимым документом. Это позволяет ставить на учет автомобили, делить совместно нажитое в брак имущество, разрешать наследственные споры (свежий пример).

Отсутствие третейского соглашения имеет значение только при обращении в компетентный суд за выдачей исполнительного листа. В противном случае, например, если признать договор недействительным, расторгнуть, признать право собственности, то отсутствие третейского соглашения так никогда и не проявится, и другой стороне понадобится приложить массу усилий, чтобы нивелировать результат подобных действий.

Суд одной стороны («карманный третейский суд») — ситуация, когда третейские судьи не могут соблюсти принцип беспристрастности в силу того, что третейский суд является структурным подразделением одной из сторон или находится с ней в рамках одного холдинга, или сами третейские судьи находятся в трудовых отношениях со структурой, создавшей этот третейский суд. Хотя собственно третейское разбирательство проводится конкретными судьями, которые могут быть формально независимыми ни от одной из сторон, влияние на них организационных отношений третейского суда как органа вполне очевидно. Более того, многие структуры не скрывают, что третейский суд нужен им для того, чтобы облегчить себе правовую работу со своими контрагентами.

Подобное явление имеет достаточно широкое распространение. Но здесь есть и свои закономерности: чем крупнее и стабильнее холдинг-организатор третейского суда, тем больше он стремится создать подлинный третейский суд, не ставя при этом целью обеспечение своих побед в предстоящих юридических войнах.

Путь, по которому следует идти в этом случае, уже опробован третейскими судами РАО «ЕЭС России» и ОАО «Газпром» через создание процедуры формирования состава суда из лиц, обладающих признанным авторитетом и, очевидно, не связанных со сторонами. Развитие этого явления привело к формированию позиции ВАС РФ о соблюдении «объективной беспристрастности».

Вследствие последовательного развития этой доктрины любое проявление связи третейского суда со стороной приводит к признанию нарушения этого права. При этом как в случае с третейским судом при ОАО «Газпром» было признано нарушение беспристрастности даже при констатации факта, что судьи, рассматривавшие конкретный спор, были независимы и беспристрастны.

Отношения заказа («ангажированный третейский суд») — одно из наиболее распространенных злоупотреблений. Оно проявляется в том, что принцип беспристрастности так же страдает, но не в связи с прямой зависимостью третейского суда (в значении состава третейских судей) от стороны, а из-за лояльности суда к нарушениям одной из сторон в обмен на включение третейского соглашения в договоры. Иногда такое влияние проявляется прямо, и суд ставят перед выбором: получаете споры, если обещаете, что наши интересы не пострадают.

Зачастую такие отношения приобретают крайнюю форму когда совпадают представитель истца и третейский судья рассматривающий дело.

Некоторые третейские суды последовательно воплощают этот принцип в своей деятельности, воспринимая истца как клиента, которого нужно удовлетворить по принципу одного окна: достаточно только придти в «третейский суд» со своей проблемой, и вам предоставят штатного представителя, напишут иск, проведут разбирательство, получат в арбитраже исполнительный лист. С клиента требуются только деньги, доверенность и третейское соглашение.

Конечно, необходимо способствовать развитию третейских судов и помогать сторонам добиться законной защиты прав, но такое способствование защите прав одной из сторон имеет свои естественные границы. Смешение функций юриста компании и третейского судьи недопустимо, даже когда суд создан и действует при юридической фирме. Такой конфликт интересов очевиден уже при зарождении суда и должен быть разрешен четким разграничением функций собственно юристов и третейского суда.

ВАС сделал достаточно много для отмены решений как раз по основанию нарушения принципа беспристрастности выявив связь третейских судей и одной из сторон.

«Скрытный аd hoc» — явление не частое, но встречающееся. Как известно, суды бывают не только постоянно действующие, но и разовые, для разрешения одного спора. Именно это свойство часто и служит источником злоупотреблений.

Если постоянно действующий суд можно идентифицировать и найти, то с разовым судом это не всегда возможно, поскольку это всего лишь третейский судья – физическое лицо. При этом правовая сила их решений одинакова.

Вполне конкретный случай: разовый третейский суд в лице судьи К. разрешил дело, взыскав средства с ответчика. Истец тут же объявил о зачете, списав свой долг перед ответчиком. Когда ответчик попытался выяснить, что же произошло, то не смог ни найти решение суда, ни выяснить личность судьи.

Попытки ответчика оспорить решение наткнулись на процессуальное требование о приложении к заявлению оригинала третейского соглашения или заверенной судьей копии. Конечно, эти преграды не являются непреодолимыми, но восстановление справедливости в таких условиях — дело не простое. А главное, что даже после восстановления первоначального положения единственным пострадавшим оказывается ответчик — все остальные просто реализовывали предоставленные им права.

«Третейский суд — невидимка». Под этим злоупотреблением понимается положение, когда и само существование суда, и процедура рассмотрения спора известны лишь узкому кругу лиц, и поэтому эффективно использовать судебную защиту могут далеко не все стороны.

В теории третейское соглашение — результат совместной воли сторон, на практике же оно часто возникает лишь в силу того, что одна из сторон просто не читает договор до конца, лишь сверяя цифры в нем, или лишена возможности формирования условий договора из-за доминирующего положения другой стороны.

Чаще всего никто не знает кто председатель суда, где он находится, каковы его процедуры. Встречается недоступность и самого регламента суда. Между тем, многие процедурные действия предполагают его четкое знание.

Это касается выбора судей, раскрытия доказательств, порядка заявления ходатайств и т. д. Даже размер третейского сбора может быть важным фактором влияния.

Так, в одном из судов был установлен третейский сбор 40 000 руб. за любое дело. Если учесть, что все его дела были значительно меньше этой суммы, а иски беспроигрышны, т. е. все относилось на ответчика, то фактически бизнесом был сам суд, а не деятельность истца, который его организовал.

Другие проблемы таит в себе неясность местонахождения суда. Суд вроде бы создан, но, куда истцу отправлять документы, не ясно. Поскольку даже в государственных судах (куда третейский суд должен направить документы о своем создании) часто нет такой информации, это делает затруднительным предъявление иска в соответствии с третейским соглашением, что позволяет ответчику существенно затянуть время.

Предъявив иск в арбитраж, истец только теряет время, т. к. ответчик заявляет о наличии третейского соглашения и требует оставления иска без рассмотрения. Такой механизм хорошо работает, когда одна из сторон прекрасно представляет все судебные процедуры, а другая вынуждена с боем совершать обычное процессуальное действие.

Между тем, для постороннего наблюдателя эта картина выглядит как капризы стороны, которая просто не разбирается в праве.

Мнимое разбирательство — случай, когда сам спор отсутствует, но договоренность сторон такова, что необходимо решение суда, закрепляющее определенное правовое положение. Формально проводя разбирательство и разрешая спор, реально суд лишь оформляет необходимый сторонам результат в форме решения. Будучи связанным требованиями истца и позицией ответчика, такой результат предсказуем для опытного юриста.

Строго говоря, избежать этого не может ни государственный суд, ни третейский. Третейское разбирательство выступает здесь как наиболее эффективный способ применения юридических технологий.

Их можно проводить и через государственный суд, но получение результата займет гораздо больше времени и финансовых затрат.

Впрочем, иногда мнимое разбирательство не является злоупотреблением, а выступает как способ утверждения мирового соглашения. Причина проста — российское право не знает способа быстрого и четкого закрепления договоренности сторон без судебной процедуры и предъявления иска. Относить мнимое разбирательство к злоупотреблению третейского суда можно весьма условно, поскольку это злоупотребления самих сторон, а не собственно суда.

Более того, если здесь не фальсификации доказательств, то быстрое разрешение бесспорного дела сложно отнести к злоупотреблению. Хотя арбитражные суды иногда на это указывают как на получение преимуществ по сравнению с другими кредиторами в преддверии банкротства.

Мимикрия (Использование в наименовании третейского суда выражений, обычно относящихся к органам государства), такжеявляется одним из злоупотреблений в сфере третейского разбирательства. Довольно часто в наименовании отечественных третейских судов используются такие выражения, как: «республиканский», «краевой», «областной», «федерального округа» и другие. Иногда они употребляются совместно с выражением «арбитражный суд», еще в большей степени вводя в заблуждение стороны, полагающие, что обращаются в государственный судебный орган. Основной мотив применения подобных наименований заключается в мнимом повышении статуса третейского суда и привлечения к нему внимания у потенциальных участников третейского разбирательства.

Факультативно это проявляется и в использовании иных символов, таких как мантии, печати и удостоверения. Причем последние нужны прежде всего для предъявления сотрудникам ГИБДД для демонстрации мнимого иммунитета судьи.

«Криминальный третейский суд» — это уже не просто злоупотребление, а область уголовной ответственности. Сам вышеуказанный термин был введен в оборот М.И. Клеандровым и детально раскрыто его содержание [1]. В данном случае, указанное понятие имеет несколько другое наполнение, но сам вполне охватывается данным термином.

Не секрет, что, к сожалению, встречаются случаи подделки документов, которые могут выдаваться только государственными судами, например, исполнительных листов на решение третейского суда. [2]

Думается, что представленный перечень форм злоупотреблений является далеко не исчерпывающим. В данном случае важна не классификация злоупотреблений как таковая, а выявление причин их вызывающих и действий, которые следовало бы предпринять для их устранения.

Вышеперечисленные злоупотребления можно разделить на две группы в зависимости от субъекта, инициирующего злоупотребление. В первом случае третейский суд выступает как инструмент злоупотребления, которое инициирует и осуществляет сама сторона. Форма злоупотребления через третейский суд здесь не так важна, поскольку третейский суд становится таким инструментом лишь благодаря своим преимуществам. Иное дело, когда третейский суд является основным звеном в таком злоупотреблении, и без него оно было бы вообще не осуществимо.

Здесь напрашивается аналогия с уголовным составом взяточничества, который ранее разделялся на мздоимство (взятка за осуществление правомерных действий) и лихоимство (взятка за неправомерные действия). Но, в любом случае, участие в данном процессе зависит от моральной позиции третейского суда: что окажется наиболее важным — быстрый заработок или возможность потерять репутацию.

В рамках этой статьи автор осознанно не подвергал анализу те цели которые ставят перед собой стороны обращаясь в третейский суд. Естественно это относится не обычной цели, например взыскание долга, которая декларируется, а к более сложным которые стороны действительно имеют ввиду. Вот как раз они могут быть как раз как правомерными, так и противоправными.

Но о них в следующий раз.

Бороться с желанием заработать — занятие достаточно неблагодарное. Борьба же за то, чтобы подобные явления не проходили безнаказанно или хотя бы без огласки, зависит, прежде всего, от третейских судов. В результате злоупотреблений страдают те суды, которые на слуху, поскольку часто именно им приписываются подобные деяния в силу того, что в сознании обывателя они закрепляются как третейские суды конкретного района или города. О существовании других судов часто просто ничего не известно, и обыватель запоминает: злоупотребил третейский суд, — видимо, тот единственный, о котором он слышал.

Именно из-за этих злоупотреблений и появилась позиция о необходимости коренного реформирования третейских судов. Все эти инициативы вылились в проекты нескольких законов разработанных Минюстом и реформирующих третейское разбирательство. Предполагается, что указанная реформа позволит избавиться от вышеуказанных форм злоупотреблений.

Такова официальная позиция власти. Стоит отметить, что проведение реформы в том виде как она запланирована Минюстом, позволит достичь этой цели.

Правда случится это только вследствие того, что порядок создания и деятельности третейских судов позволит существовать только тем третейским судам которые не вызывают антипатии у чиновников и могут себе позволить рассматривать дела не взирая на сроки. Впрочем, о недостатках проекта реформы подготовленного Минюстом стоит говорить отдельно.

[1] Клеандров М.И. Третейские суды по разрешению экономических споров. Тюмень, 2000. — С. 3

[2] Лубинец Е. Арбитражный маклер // Российская газета (Краснодарский край) № 5 (4268) от 13.01.07.

http://pravorub.ru/articles/36187.html
Алексей Елаев
Комментарий
16.06.2014, 21:08:04
Третейские суды: ликвидировать злоупотребление правом

Раз уж обещана интересная книга в подарок за любое сообщение про третейские суды, вставлю и свои "пять копеек".

В третейских судах был всего несколько раз. Не сказал бы, что процедура мне показалась более удобной или менее громоздкой, чем система арбитражных судов. Разве что, где-то она дешевле арбитража, где-то дороже.

Обычно выдаляют следующие плюсы третейских судов:
- непубличность процедуры;
- оперативность рассмотрения дела;
- окончательность решения;
- более высокий профессионализм судей.

Но на каждую проблему стоит смотреть с разных точек зрения. В теории всё красиво - у сторон есть спор, они не знают как его разрешить, обращаются к мудрому человеку, тот их рассуживает, стороны говорят: "Вах, как хорошо!", - и продолжают жить в мире и согласии. Всё красиво, замечательно, не подкопаешься. Но практика исходит из другого, причём со времён Русской правды ещё исходит.

Стороны редко когда идут в суд, чтобы их рассудили. В-основном, они идут для защиты своего права или законного интереса. При этом - как правило уже существует конфликт. И суд необходим для достаточно быстрого и грамотного разрешения конфликта, а также для принудительного исполнения решения суда. Так как, пямяти незабвенного Муромцева, мы можем заключить, что право без защиты - хорошо, конечно, но с защитой - гораздо лучше.

Что требуется истцу? Быстрая и качественная защита права. И чем быстрее и качественнее - тем лучше. Желательно подешевле. Прозрачность - тоже немаловажный результат, так как истец, как правило, прозрачности не боится - чтобы другим неповадно было права истца нарушать.

Что требуется ответчику? Что-нибудь долгое, вялотекущее, непрозрачное, как можно более тягомотное и дорогое, чтобы истцу заведомо не хотелось в эту всю тягомотину втягиваться, а проще было решить проблему не юридическими, а экономическими методами - уступить, "сделать урок на будущее", далее по списку.

Как это ни странно, наилучшим способом обеспечения задач судопроизводства в настоящее время является судопроизводство в арбитражных судах Российской Федерации с учётом последних поправок, регулирующих судопроизводство в упрощённом порядке - по сроку, стоимости, а также возможности принудительного исполнения. По сложным же делам сохранён общий порядок рассмотрения, что также отвечает интересам сторон.

Почему мне не нравятся третейские суды по обычным делам? Именно что по стоимости, закрытости, а также по длительности получения исполнительного листа (срок на рассмотрение заявления о выдаче исполнительного листа сопоставим со сроком рассмотрения обычного дела - 3 месяца).

Сложно высказать мнение и по профессионализму судей - если в "солидных" третейских судах квалификация судей выше, чем в обычных, то в остальных - не сказал бы. Ведь нет ни аккредитации ни квалификационных экзаменов для тех, кто претендует на право быть "старейшиной"! А ведь люди всерьёз называют себя "судьями", производя впечатление на неопытных контрагентов.

Про конфиденциальность сказать трудно. За последние несколько лет я не могу назвать свои дела, в которых честный оборот требовал бы конфиденциальности. Скрывать свою неплатёжеспособность или неисполнение договорных обязательств нечестно. А если должник не хочет, чтобы кто-нибудь знал об этом - то он вправе самостоятельно исполнить обязательство в досудебном порядке. Если же предъявляют необоснованный, проигрышный, иск - то всегда хорошо, когда он расположен в открытом доступе - сразу известно, что претензии к тебе были необоснованными.

Ссылки на "западный опыт" с дорогостоящими судебными процессами, тянущимися по могу лет - это прохие ссылки. Они свидетельствуют о неэффективности судов, которым тяжущиеся предпочитают любое третейское разбирательство, и вводить заведомую неэффективность в России нет смысла, если в настоящее время судебная система работает более качественно.

Проблема карманных арбитражей - это проблема не только частных корпораций. Бывают такие и при органах государственной власти. Типичный пример - третейский суд при калининградском отделении Ассоциации юристов. У суда значительное количество дел, но только потому, что этот третейский суд внесён в типовые условия многих государственных контрактов, направление протокола разногласий к которым равносильно внесению на 2 года в реестр недобросовестных поставщиков. Состав его во многом формируется из государственных служащих. Случаи, когда две коммерческие организации добровольно хотели бы урегулировать свой спор в этом третейском суде, лично мне неизвестны.

Необходимо запретить устанавливать третейскую подсудность в государственных контрактах и в спорах, где одной из сторон является государственное предприятие или учреждение, особенно когда оно является сильной стороной в споре, а также запретить государственным служащим входить в состав третейских судов. Для государства может быть только один способ разрешения споров - прозрачные и открытые независимые государственные суды.

Третейские суды должны остаться только там, где они нужны - в случаях, когда авторитет и квалификация судей выше, чем у судей государственных судов. И не должны приводить к принятию тёмных решений карманными арбитражами или заведомому затягиванию процесса. В любом случае у истца должно быть сохранено право на обращение с исковым заявлением в государственный судебный орган, что приведёт к использованию сторонами только проверенных и авторитетных третейских судов, сделает бессмысленным навязывание своего карманного третейского суда сильной стороной контракта. Если у сторон действительно есть желание обратиться в третейский суд - то они его реализуют и непременно в него обратятся. Если это злоупотребление правом - то оно должно пресекаться государством.

http://zakon.ru/blogs/tretejskie_sudy_likvidirovat_zloupotreblenie_pravom/5054

Опрос

Знаете ли вы своего депутата?
Да, знаю.
Знаком лично.
Не знаю.
Не голосовал.