Главная » Материалы » АКТУАЛЬНО » Суета вокруг ППЗРО

Суета вокруг ППЗРО

Алгоритм внедрения чужих радиоактивных отходов на территорию Новоуральска вышел в полном соответствии с регламентом на новую ступень. Круглые столы остались в прошлом, галочка в плане мероприятий поставлена, в преддверии мужского праздника были проведены еще и общественные слушания.

Опять было много долгих докладов представителей Национального оператора по обращению с РАО. И каждый из выступающих радостно так убеждал новоуральцев в том, что создание новых карт для захоронения и ввоз радиоактивного дерьма со всей округи – это абсолютно безопасное мероприятие. Более того, поскольку за радиоактивным кладбищем будет осуществляться постоянный контроль, то это безусловное благо для Новоуральска и несомненная польза для всех его жителей.

В чем состоит это благо конкретно, ораторы умалчивали, но намекали, что, дескать, готовится проект закона, который позволит Новоуральску от этого соседства получать какие-то преференции. Проект потом кто-то должен подписать, затем он пойдет в Думу, а дальше еще что-то…Короче, все в полном соответствии с «гениальным» выражением восторженного ДАМа – «денег нет, но вы там держитесь».

Тут же на сцену ринулась (если уместно такое выражение по отношению к возрастным гражданам) новоуральская общественность. И начала убеждать собравшихся, мол, как это здорово, что в нашем дружелюбном и доброжелательном городе будет значительно расширено существующее комбинатовское захоронение, как это замечательно - помочь другим городам и весям избавиться от радиоактивной грязи… Короче, все изотопы – к нам! Ура!

Забавно, что общественность эта, за малым исключением, отношение к атомному гиганту имеет опосредованное, то есть знания о предмете - весьма поверхностные. Ну так на то она и общественность, чтобы судить о любом явлении безапелляционно.

Были, безусловно, и другие голоса. И одним из противников значительного расширения ППЗРО был ваш покорный слуга. Почему? Ответ ниже.

Прежде всего, хотелось бы сказать следующее. Я нисколько не сомневаюсь в том, что Национальный оператор по обращению с РАО выдержит все нормы, принятые, в том числе, и на международном уровне при строительстве подобных сооружений. Я убежден в том, что контроль за состоянием ППЗРО, отбор проб и их дальнейший анализ будут проводиться своевременно и на высочайшем уровне. Хотя бы потому, что заниматься этим будет наш 16 отдел УЭХК - у него теперь новое название, да и другая форма собственности, но специалисты и уровень их профессионализма остались прежние.

Тогда почему же я против?

Итак, тезис первый.

Наш комбинат в цепочке ядерного топливного цикла стоит почти в самом начале. То есть мы имеем и всегда имели дело практически с природным ураном. Это означает, что и уровни излучения были минимальными, и изотопный состав РАО был ограничен лишь одним элементом. Поэтому когда нашему городу предлагали устройство ППЗРО только для отходов с УЭХК, то и особых возражений не последовало.

Сейчас же нам говорят о том, что национальный оператор собирается получить лицензию на захоронение на существующей площадке (со значительным ее расширением) отходов с других предприятий, с совершенно иными, более жесткими характеристиками по изотопному составу, по уровню излучения, по классу опасности. В качестве одного из таких предприятий называется Белоярская АЭС.

При работе АЭС нарабатывается значительное число изотопов с разными периодами полураспада, с разными видами излучения, с разной активностью. Но основными нуклидами, которые образуются в реакторах в процессе реакции деления, являются изотопы цезия-137 и стронция-90. Именно этими изотопами (в подавляющем большинстве) загрязнена зона вокруг Чернобыльской АЭС.

Период полураспада каждого из этих изотопов - около 30 лет. Говоря о безопасном снижении активности, обычно упоминают десять периодов полураспада. То есть речь идет о приблизительно трехстах годах. Косвенно захоронение отходов, загрязненных указанными изотопами, подтверждает и сам Национальный оператор, когда утверждает, что эксплуатация сооружения рассчитана на пятьсот лет.

Кто даст гарантию, что через десять лет не придут сюда новые ушлые ребята из Росатома и не скажут: «Ну, тут у вас уже создана целая структура по захоронению отходов, давайте мы еще будем захоранивать здесь отходы второго и первого классов»? Никто. Равно как и нет гарантии того, что новые ретивые общественники не кинутся убеждать наших детей и внуков в том, какой это кайф жить рядом с радиоактивным могильником.

Тезис второй.

Если расширять ППЗРО (а фактически строить заново), то что мешает построить новое хранилище рядом с Белоярской? Тем более что основным наработчиком отходов по радиоактивным цезию и стронцию будет именно атомная станция.

Это неразумно с экономической точки зрения (дополнительные расходы на перевозку со всем комплексом мероприятий, включая и физзащиту груза). Это небезопасно и с точки зрения нераспространения радиации (например, ж/д катастрофа, автокатастрофа, теракт).

Кстати, подобные опасения высказывались и другими участниками слушаний. На что некий представитель нацоператора эдак бодренько заявил, мол, мероприятия обеспечения безопасности транспортировки РАО столь высоки, что еще ни разу не было случая аварии во время перевозки ЯДМ (ядерно-опасных делящихся материалов).

Пришлось мне во время выступления рассказать молодому человеку минимум о двух инцидентах, связанных с перевозкой ЯДМ, имевших место на нашем любимом УЭХК. Горожане об этом почти не знают, да и не до всех работников комбината доводилась информация. Мне же об этом было известно лишь потому, что принимал участие в комиссии по расследованию причин данных ЧП от Уральского округа Госатомнадзора. А ведь и в этих случаях существовали жесткие правила перевозки таких грузов, и предъявлялись особые требования и к транспорту, и непосредственно к водителям. Так что человеческий фактор нельзя сбрасывать со счетов.  

Тезис третий.

Если уж Национальный оператор получил карт-бланш от Росатома на получение лицензии и расширение существующего ППЗРО, то будьте любезны сначала присвоить Новоуральску статус территории со льготным социально-экономическим статусом, по аналогии с Чернобыльским законодательством. А с учетом вероятной максимально запроектированной аварии и ареала распространения ЯДМ, возможно, в эту территорию попадут и Белоречка, и Кировград, и Рудянка, и даже Верхний Тагил.

И только затем в полном соответствии с данным статусом начать производить выплаты каждому жителю НГО, независимо, олигарх ты или же несчастный бомж. Да не просто какие-то фиксированные выплаты, а в процентном отношении от минимальной зарплаты.

И никакие ссылки на то, что Национальный оператор, дескать, не коммерческая организация, а потому и денег у него нет, не проходят. Потому как тот же Национальный оператор по обращению с РАО структурно входит в весьма небедный Росатом. Который и заработал свои богатства в основном за счет тотальной оптимизации своих предприятий, увольнения и безжалостного сокращения тысяч (а по всей стране и десятков тысяч) своих работников, передачи всего социального балласта предприятий на плечи администраций моногородов.

На мое выступление была весьма забавной и показательной реакция наших общественников. Но об этом - как-нибудь позже.

Дмитрий НИКАНОРОВ

 

 

Комментарии:

Написать комментарий

Написать комментарий

  • Обязательные для заполнения поля помечены знаком *.

Если у Вас возникли проблемы с чтением кода, нажмите на картинку с кодом для нового кода.
 

Опрос

Знаете ли вы своего депутата?
Да, знаю.
Знаком лично.
Не знаю.
Не голосовал.